Рассказ

Новый эксперимент Гаррика Чернобельского и Алекса Экслера
Написано экспромтом без подготовки.
Один абзац – Экслер, другой абзац – Чернобельский

        Гибкие ветви рябины мрачно склонялись к устью реки, обвевая рыбок и птичек своим гнусавым соком, соком надежды, трепета и предпочтения всего сущего, которое заново может помочь понять суть всего того, что на Земле зовется - Будущим. "Во, бля!", - подумал старик Исидорыч, который заново облядывал свои владения, где он уже шестой год служил старичком-половичком.>

        Как всегда в этот ранний час, вверх по течению уверенно шли на нерест косяки мертвых Офелий. Инспектор рыбнадзора Гамлет Угробенко мрачно курил седьмую пачку золотого "Данхилла" и ни черта не мог понять.

        Ничерта также не понимал - почему инспектор так нервно курит Беломор, что из его ушей уже проглядывают белые гильзы с "характерным прикупом". Исидорыч долго пытался прогнать Сережу Ничерта, который уже вторую неделю дожидается бычка от золотого "Данхилла" Гамлета, не позволяя верному старичку-нахимовцу заняться флиртом с кладовщицей Офелией.

        "А!!! Вот, чего монитор-то сразу не врубался!" (А.Экслер, 21 апреля 1997, 21.55)

        Долгожданное врубание монитора сразу помогло Исидорычу нащупать верную нить в разговоре с Сережей. "Але, молодой человек!", - сразу взял быка за рога Исидорыч. "Ты сегодня интернетовскую сессию будешь проводить, али нет?", - застенчиво улыбнулся в багровеющие усы старикан-половикан. "Тьфу на тебя, старый пошляк!", - попытался уйти от ответа Серега.

        "А ты мне не тычь, сука!"- как можно дипломатичнее заметил старик. "Я ведь тебя постарше буду, да и времена сейчас не те..." За стеной громко выпили. Гамлет выплюнул бычок и пошел орать матом, чтобы ему включили его любимую ГЭС.

        В это время обычная советская глюкавая Дездемона натужно пыталась подтянуть все свои 137.5 килограмм к балкону, чтобы вдоволь и вдосталь насладиться компьютером Гамлета, который неоднократно обещал ей Мост Мирабо к вездесущей паутине, которую на самом деле Дездемона терпеть не могла, так как ее отэц - хаб первой интернетовской категории - ничего об этом интернете не понимал, а что такое компьютер - читал только в пособиях для школьников с недоумениями в образованиях их странных, но изборозденных морщинами мозгов.

        Вместо ГЭС Гамлет получил в рыло струю из брандспойта, приободрился, поправил галстук, надел штаны и отправился свататься в ближайший сельмаг. Никак не ожидавшая этого явления, молчаливая очередь встрепенулась и, как то неожиданно для самой себя вдруг стала брать не больше семи пучков редиски в одни руки, хотя и это вызвало приличный падеж скота в регионе.

        Регион взвился и снова опал, задумчиво почесав причинное место совсем беспричинным инструментом, который неоднократно продавался в "магазине на диване" предприимчивыми дельцами от шоу-мен-герл-бизнеса. Народ долго пытался пробудить в дремлющих ипостасях деторождения хоть какой-нибудь зуд, используя эти приборы, но потом оказалось, что все они наступили на самые настоящие грабли - беспричинный инструмент оказался обычными вилами. Гамлет сначала также собирался подарить Джульетте Марковне этот хозяйственный пассатиж, но потом устыдился и ринулся в инспекторы рыб-краб-омуль-охраны, покрасил фуражку охряной краской и был таков жить поживать, чтобы снова стать прекрасным Абрам-царевичем.

        Не удивительно, что царевны-антоновны-лягушки в очереди не нашлось. Гамлет сказал гадость и пошел проверять капканы, вольчьи ямы и медвежьи берлоги. Обнаружив в первой же берлоге настоящий кристалловский "Спрайт" по оптовой цене, Гамлет решил от этого святого источника далеко не удаляться и основал колонию строго режима на 300 коек с бассейном, джакузи, тренажерным залом и танковым полигоном. Полигон шел нарасхват, брали его фурами, а акцизные марки клеили прямо на лоб таможенникам прикладами АКМ.

        "Гулять, так гулять!", - непринужденно подумал Гамлет, после чего сразу основал в колонии кружок "не умеющих залезать на балконы". Старые законные воры-терминаторы были страшно благодарны молодому пареньку в законе, который даже после отбоя читал "Советы" Шекспира.

        "Итак, суки, совет 61-й: "Изруби ближнего своего!"" – декламировал Гамлет, размахивая зубочисткой. "Круто!- констатировала братва и отправлялась смотреть вечернюю сказку для малышей с сурдопереводом и элементами элементарной эротики. В качестве эротики в колонии давно и весьма успешно использовалась правая передняя грудь инструктора караула по конному спорту с барьерами Алисы Степановны Похер. Рентгеновский снимок груди в натуральную величину творил чудеса. Хромые начинали видеть и выигрывали. Белые делали ход е2-е4 и тоже что-то с этого имели. Гамлет получал свой законный процент, который тут же тратил на золотой "Данхилл" и бесплатные плевательницы для малоимущих.

        Наконец, настал день и час, когда Гамлет решил отправить к Похер все свои надежды, чаяния, кофеяния и устремления. "Ну ее, эту Джаконду... тьфу... д'Эздэмону! Что она, в сущности, умеет делать? Ждать меня на балконе? Дык... я уже не мальчик с кровинкой в глазах! Я тоже - не тварь дрожащая! Руки у меня, правда, дрожат, поэтому на балкон я взобраться не сумею... Не лучше ль - прижаться к теплой плодоносной груди Степановны! Уж эта зараза травиться от любви меня не будет!", - подумал Гамлет, который уже давно почувствовал, что Дездемона в нем вместо орла чувствует мокрую курвицу, или запеченную пекинскую утку.

        Похер сидела в кресле и вышивала карту Балашихи бисером по методу Кирова. В кустах терпеливо сношались девчата. "Ишь, курвы!"-прикрикнул Гамлет, нервно справляя нужду в предвкушении первого свидания с любимой. Командирские часы Гамлета пробили полночь. Соседский петух пустил зеленую ракету, потоптался немного и заснул в супе. "Пора!- подумал Гамлет, собирая волю в кулак.

        Суп, на самом деле, был довольно паршивый: седьмая вода на киселе, обильно сдобренная двойной ухой из вываренного петуха-девстенника. "Явный хулицестит!", - подумал Гамлет, в очередной раз цитируя свои собственные измышления, которые алкоголист-теоретик ШэксPeer пытался виршить вот уже двадцать лет спустя, после того, как у миледи родился правнук, способный в корень забодать этого неуловимого еврейского мальчика - д'Артаньяна. "Хотя", - добавил к своим неутомимым мыслям Артур д'Артаньян, - "эск'гудрон моих мыслей шмульных не станет тревожить истинного друга всех евреев - Исаака Портвейна-тосса", после чего вспотел, заснул, и стал дожидаться новых приключений неуловимых Джо-Куккеров.

 

НОВЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ НЕУЛОВИМЫХ

 

        Валерка сидел на перевернутом помойном ведре и, вертя в руках корону Российской империи, лениво размышлял, как бы было славно надеть ее на голову какой-нибудь шлюхе с Тверской и сфотографироваться с ней на фоне заката на крыше 17-этажного дома серии П-44, да будет проклята эта серия отныне и, самое главное, вовеки веков.

        "Ах, Валерка, жемчужина у моря", - запела вездусущая шлюха, которая в очередной раз раздувала свою похоть, путем переворачивания ведра на крыше 17-этажного мата, который прородитель-раб Михалыч изрыгал из свои чресел каждый день, так как он вдоволь начитался Войновича. Чресла не выдержали и предложили заканчивать эти ведьма около, особенно – литературные испражнения, которые не могут служить ариорным курсивом эпистолярных ратуриев произрастающих фид'Ошников, во веки, сами понимаете, векув, алюминь.

        Прочитав все это, Экслер удовлетворенно ругнул и сказал: "Ну че, славно получилось!"

        А вот я так не думаю. "Жаннет!-думаю. - И не сплю...." ;)))))

        Экслер.

        Гарик...

        Водка...

        Пепси...

        Хорошо...

        И отдельное спасибо Мари за то, что ты есть.

        P.S. Отдельное спасибо Франсуазу С'аган за неплохой роман "Немного джина в холодном тонике".

***

Комментарии 0