Сижу, работаю. Снизу на улице со страшной силой завывает газонокосилка. Ненавижу этот звук, а панель на террасу закрывать не хочется, потому что свежий воздух с газонокосилкой - это все-таки лучше, чем отсутствие свежего воздуха с тихой газонокосилкой.

Наконец, после получаса этих мерзких завываний (куда еще включался прекрасный мужчина с пылесосом для листьев, который меня давно доводит), я, не выдержав, схватил что-то не очень тяжелое - кинуть в косца - и побежал на террасу.

Смотрю вниз - а там косит траву на нашем участке садовник, которого наняла жена, чтобы он привел в порядок садик, насадил кустов, цветов и прочих кактусов.

Вот теперь думаю: лишь бы соседи в него чем-нибудь не кинули! Впрочем, он, наверное, мужик привычный. Работа у него такая. Нервирующая.

Роспотребнадзор отказался пускать в Россию пять видов коньяка, которые собиралась поставлять в страну грузинская компания «Братья Асканели». По словам руководителя ведомства Геннадия Онищенко, предоставленная продукция даже не содержала коньячных спиртов. При этом вина той же компании к импорту допущены. (Отсюда.)

В винах, судя по всему, коньячные спирты содержались.

Кстати, была у меня одна история с этим грузинским коньяком. Был у меня в старые времена знакомый по имени Максим. Он учился на медика, поэтому отличался жизнелюбием и определенным цинизмом. (Никогда не забуду, как на одном из ужинов Макс на примере свиной рульки показывал, как нужно правильно вырезать опухоль.)

Как-то раз звонит Макс вечером и спрашивает, не нужно ли мне немножко грузинского коньяка по очень скромной цене. (А тогда потихоньку заканчивались безалкогольные времена, с алкоголем продолжались всякие сложности.) Мол, у него есть друг-грузин, так у того папа приехал в Москву и привез с собой немножко коньячка. Привез даже с излишками, которые они готовы продать хорошим людям.

Ну, говорю, конечно, я возьму немножко грузинского коньяка. Как не взять? Заодно с тобой и выпьем. Окей, отвечает Макс, тогда я тебе через часок это дело привезу.

Через часок раздается звонок в дверь. Открываю - а за дверью стоит что-то странное. Какая-то непонятная синяя бандура огромных размеров, которую с большим трудом удерживает Макс.

- Это что? - спросил я потрясенно.

- Это коньяк, - ответил Макс, протискиваясь в дверь.

- Никогда не видел настоящий грузинский мех для вина, - сказал я, помогая Максу втащить бандуру.

- Это не мех, это кислородная подушка на тридцать пять литров, - объяснил Макс, отдуваясь.

Из дальнейшего разговора выяснилось, что под "немножко" привезенного папой грузинского друга коньяка подразумевалась железнодорожная цистерна.

Как и куда мы потом разливали эти 35 литров - стоит отдельного рассказа. Достаточно сказать, что варенье из двух трехлитровых банок было безжалостно выброшено, потому что коньяк - он ценнее. Ну и я потом еще с месяц находил коньяк, налитый в самые неожиданные сосуды. Один из этих сосудов был вазой для цветов, которую накрыли газетой. Жене потом кто-то притащил цветы - судьба их была безрадостной. Равно как и вкус коньяка из этой вазы.

Кстати, как ни странно, со всей подушкой справились за каких-то полтора месяца. У меня сразу обнаружилось столько друзей, столько друзей. Все были готовы приходить в гости хоть каждый день.

Министерство связи начало сворачивать программу по установке и обслуживанию таксофонов. Об этом пишет 27 декабря Forbes со ссылкой на главу ведомства Николая Никифорова. По данным «Известий», государство также откажется от пунктов коллективного доступа в Интернет, расположенных в отделениях "Почты России".

Отказ от таксофонов в министерстве объяснили чрезмерными затратами. По словам Никифорова, «каждый позвонивший, каждый воспользовавшийся автоматом обходится бюджету в 35 тысяч рублей. Проще на эти деньги ему iPhone подарить». (Отсюда.)

Разумеется, все для блага народа. Я прям так и вижу, как минсвязи дарит каждому, кому реально нужен таксофон, по айфону. Аж слеза наворачивается от этих милых картин.

Кстати, в странах, где благосостояние населения слегка получше, чем в России (мягко говоря), от таксофонов никто не отказывается.

А я тут в связи с таксофонами вспомнил одну старую историю. В начале девяностых чтобы позвонить, например, в Америку - приходилось ездить на центральный телеграф и заказывать разговор. Это само по себе было занятием непростым, а там еще и народу собиралось - тьма, поэтому приходилось долго стоять в очереди.

Приезжаю в очередной раз, стою в очереди. Подходит ко мне молодой парнишка, по виду - студент. Тебе куда звонить, спрашивает. Отвечаю, что в Америку. Хочешь, говорит он, позвонить в Америку за 100 рублей (условно говоря)? Я спрашиваю - сто рублей в минуту? Нет, отвечает парнишка, просто за сто рублей. И говори, сколько хочешь. А тогда, условно говоря, звонок как раз и стоил что-то вроде 100 рублей в минуту.

Я, разумеется, думаю, что это какой-то развод и говорю парнишке, что вперед ничего платить не буду. Да и не надо, отвечает парнишка: сначала разговариваешь, потом платишь.

Ну, такой вариант мне нравится и я соглашаюсь. Пойдем, говорит парнишка, выводит меня из здания телеграфа и подводит к обычным таксофонам, которые там висели на стене. Их было штук десять. У таксофонов тусовался второй парнишка и, как сейчас помню, у одного из аппаратов стоял здоровенный грузин и с неподражаемым акцентом орал на всю Тверскую: "Але! Нью-Йорк? Это Нью-Йорк? Гиви - это ты?"

Гиви из Нью-Йорка, судя по всему, ответил, и тут я понял, что это - не развод. Первый парнишка попросил у меня номер телефона в Штатах и две копейки. Взял бумажку, кинул две копейки в таксофон, набрал какие-то цифры, а потом поднес к трубке радиоприемник из детского конструктора, нажал кнопку и из динамика радиоприемника раздался тоновый сигнал. После этого парнишка набрал штатовский номер, там ответили, я взял трубку и поговорил с мужиком из Нью-Йорка, который тогда продавал кое-какие мои программы. (Кстати, он неплохо их тогда продвал, жаль только, что я из этих денег не увидел ни цента.)

Парнишки про технологию звонков не рассказывали, конечно, но было понятно, что они выяснили, с помощью какого тонового сигнала можно было таксофон переключать на заграничную линию. Этот сигнал и воспроизводился в динамике приемника. В результате чего можно было говорить с заграницей сколько хочешь за две копейки.

Кстати, срабатывало это далеко не с каждым таксофоном, а буквально с десятком по всей Москве, причем они были расположены рядом с центральным телеграфом и центральным почтамтом.

А ведь мне говорили, что французы ненавидят блогеров. Также они ненавидят любые другие нации, нефранцузскую еду и много чего еще, но блогеров они ненавидят больше всех. Мне это говорили перед поездкой в Париж. Коси, говорили мне друзья, под кого хочешь - под журналиста, под оптимиста, даже можешь под еврея косить - только не говори, что ты блогер. Это будет конец всему. А я, дурак, не верил.

Началось все с аккредитации на сайте. Я заполнил все формы, на просьбу прислать свое журналистское удостоверение ответил, что у меня его нет. Потому что я - не журналист. Я блогер. Я могу нарисовать любое удостоверение в "Фотошопе", но нахрен мне это надо, когда за 13 лет блогерства у меня удостоверение не спрашивали ни разу. В ответ на это вежливые французы сказали, что не пошел бы я куда подальше, раз я не журналист.

Я написал в компанию "Ауди", которая меня приглашала, и мне сказали, чтобы я не дергался - мол, решим вопрос.

Прилетел в Париж, поехал на выставку. От "Ауди" мне сделали официальное письмо с кучей печатей и с текстом на английском и французском о том, что они меня, блогера, приглашают на выставку и просят зарегистрировать как журналиста.

Я отстоял в длинной очереди в кабинку регистрации, там взял бланк, вписал свои данные, приложил визитку и письмо от "Ауди". Приятная девушка по имени Рита взяла мои бумаги и отдала совсем неприятной девушке Луиз, сидящей за компьютером. Луиз посмотрела мои бумаги и сказала (по-французски, разумеется): "А чо за хрень такая? Где у этого пряника номер журналистского удостоверения"? На что Рита ей ответила: "Да это какая-то ошибка. Порви это дерьмо и выкини".

Надо сказать, что это, с одной стороны, происходило на моих глазах, но, с другой, я не знал, что рвут мою заявку, причем еще и с письмом от "Ауди".

Поэтому я стоял у стойки полчаса и ждал, когда мне распечатают бумажку для прохода на выставку. Через полчаса я спросил у Риты, какого хрена. Рита мило улыбнулась, сказала, что потеряла мое заявление и предложила заполнить его заново. Я заполнил. Рита посмотрела заявление, страшно удивилась и сказала, что понятия не имеет, кто такие эти блогеры, и что вам, мсье, надо в другой конец вагончика к другому регистратору. Ну, к другому так к другому. Отдайте, сказал я, мое письмо от "Ауди". Потому что без письма даже нечего и соваться - регистрации с сайта у меня ведь нет.

Какое письмо, безмятежно спросила Рита. Такое, ответил я, которое вам дали полчаса назад. Верни письмо, милая девушка (я сказал "сука", но по-русски). Рита начала со скучающим видом рыться в бумажках. Не нашла. Потом пошла к корзине и стала рыться там. Нашла мое письмо, разодранное пополам.

Но Рита была очень любезна. Она склеила письмо степлером. И даже почти извинилась. Она сказала, чтобы я не расстраивался. Может, парень, сказала Рита, ты еще и попадешь на выставку. Хотя я бы, заметила Рита, на это не очень бы рассчитывала.

Я тогда решил, что она просто шутит. А зря. Подошел к другому отделению кабинки. Там был плакат "Для блогеров" (по-французски). Сунул свои бумаги. Их внимательно проверили. Женщина по имени Натали сказала, что я не могу получить пропуск прессы, так как я какой-то вшивый блогер, поэтому мне в кабинку напротив. Там, сказала Натали, тебе дадут какую-то бумажку, по которой тебя куда-нибудь пустят. Может быть. Хотя я, заметила Натали, на это не очень бы рассчитывала.

Пошел в кабинку напротив. Там был плакат "Для блогеров" (по-французски). Отстоял очередь, попал к Даниэлю. Объяснил ситуацию. Даниэль посмотрел бумажку и сказал, что мне с этим к Рите или Натали. Я вежливо объяснил, что у них уже был, и что Рита разорвал официальное письмо от "Ауди", а Натали послала меня. К нему, Даниэлю.

Хорошо, сказал Даниэль, пошли. И он повел меня к Натали. Там он долго что-то шептал на ухо Натали, после чего оставил мои бумаги и ушел. Натали позвала какого-то высокого негра. Тот взял мои бумаги, прочитал и сказал: "Мсье. Так вы - блогер"? Я понял, что меня сейчас расстреляют. Но объяснил, что я, хотя и блогер, но у меня приглашение от "Ауди". Негр хмыкнул. Посмотрел на мои бумаги, отдал их Мехи и ушел. Мехи бросил мои бумаги на поднос, где лежали браслеты для допуска на салон. Я бы уже спер браслет и сбежал, но там еще требовалось удостоверение в виде карточки. Его я сделать не мог.

Минут 20 на мои бумаги не обращали никакого внимания. Мне это надоело и я спросил Мехи, где мое удостоверение. Мехи отдал бумаги Жизель, та их посмотрела и сказала, что не может дать мне удостоверение прессы, потому что я не пресса, а какой-то вшивый блогер. Я объяснил, что сам Даниэль потребовал, чтобы мне дали удостоверение. В ответ на это Жизель отдала мои бумаги той же самой Натали, которая объяснила, что не может мне дать утостоверение прессы, потому что я - какой-то вшивый блогер.

Я начал очень вежливо, хотя и несколько громковато, объяснять, куда я имел крышу дома этого автосалона, крышу дома этой кабинки регистрации, ну и заодно признался, что Эйфелева башня реально портит вид славного города Парижа, штоп я сдох.

После этого документы снова взял Мехи и сказал, что мы с ним пойдем в кабинку напротив. Пошли. Там - все те же лица, которые уже меня видели и ненавидят, как в первый раз.

Вам, сказал Мехи, к Даниэлю. Я уже у него был, объяснил я. Даниэль послал меня к Натали, чтобы она сделала регистрацию. А она не сделала. Она плохо работает, объяснил я. Увольте ее к свиньям.

Тогда вам не к Даниэлю, радостно объяснил Мехи. Тогда вам - к главному менеджеру. И он показал, к кому именно. Гланвый менеджер был настолько крут, что у него даже не было таблички с именем. Когда я подошел к нему, главный менеджер беседовал с каким-то иностранным блогером, у которого не было регистрации, но было какое-то письмо с печатями от какой-то конторы. Я не запомнил, какой. Иностранный блогер очень прилично говорил по-французски. И главный менеджер ему двадцать минут объяснял, что он не может дать ему регистрацию, потому что у него письмо хрен знает от кого, а правила безопасности требуют, чтобы они четко знали, кто и зачем приезжает на выставку. При этом блогер показывал паспорт (я свой оставил в отеле), права, кучу каких-то бумаг и очень убедительно объяснял, почему его нужно пустить на выставку. Но главный менеджер был - кремень. Очень вежливо, но послал блогера на хрен. Не будет тебе, сказал менеджер, регистрации. И блогер ушел в голубую даль.

Я, конечно, понял, что уже - не судьба. Что я получу от ворот поворот, вернусь в отель, там сфотографирую пару машин на улице и напишу, что салон, в общем, не удался. Поэтому подошел к менеджеру, уже ни на что не надеясь (прошло полтора часа боданий), сунул ему мои бумаги и коротко сказал, что номера журналистской карточки у меня нет, потому что я не журналист, а блогер, и что меня сюда приласила фирма "Ауди", о чем имеется соответствующее письмо, которое ваше же девушка Рита порвала, но потом застеплила степлером.

Как "Ауди", потрясенно спросил старший менеджер. У вас приглашение от самой "Ауди"? Да это же, блин, круто, братан, пошли, я тебе лично сделаю удостоверение прессы. И старший менеджер ровно через минуту выдал мне удостоверение прессы и пластиковый браслет на руку.

Что я вам на это могу сказать? Есть только две вещи, которые я ненавижу в этом мире. Людей, нетолерантных к чужой культуре, и голландцев!

Сижу в баре аэропорта Нью-Йорка, жду рейса. Подходит к стойке колоритный мужик, похожий на хорошо сохранившегося британского рокера из семидесятых-восьмидесятых - высокий, сухощавый, с длинными седыми волосами и с железным браслетом на левой руке. На британском английском просит у барменши налить вон того разливного темного портера. А у нас, говорит барменша, это светлые портеры. "Что у вас есть из темного?" - спрашивает британ. Тетка достает какое-то бутылочное темное пиво. Британ кривится, но делать нечего: говорит - давайте это. Ему наливают бокал. Британ достает пластиковую карточку, но барменша объясняет, что у них типа считыватель сломался, так что, мол, принимаем только кеш. Британ возводит к небу глаза (вообще чтобы в Штатах где-то не приняли карточку - это круто), лезет в кошелек и начинает там возиться, бормоча себе под нос, что у него все-таки где-то были эти "fucking bucks". Находит стодолларовую купюру, дает барменше. Та отвечают, что такую крутую сумму она вряд ли разменяет, но сейчас пойдет по всему аэропорту - может, где-то и разобьют.

"It's another side of the moon" - потрясенно говорит британ, прихлебывая пиво. Потом тяжело вздыхает и вдруг совершенно неожиданно для меня говорит на чистом русском: "Ну не козлы, а?"

Вот какие "британы" иногда встречаются. Похоже, что это все-таки хорошо сохранившийся советский рокер из семидесятых-восьмидесятых.

Познакомился тут в Испании с итальянцем. Со слезами умиления пообсуждали Тоскану, Рим, долго болтали об итальянских винах. Итальянец, кстати, оказался из Бергамо, я ему на всякий случай объяснил, как дорог каждому русскому Карло Гольдони и "Труффальдино из Бергамо". Он очень удивился и сказал, что Карло Гольдони в Италии не просто не любят, но и вообще не знают, кто это такой. И он о Гольдони слышал только от каких-то русских.

Но не суть. Когда прощались, я спросил, как его зовут. "Маттео", - ответил итальянец. Я совершенно на автомате отметил про себя, что имя запомнить очень легко, потому что так зовут главного героя одного из фильмов Тинто Брасса. (Этот актер, кстати, снимался у него в двух или трех фильмах.)

После этого почти сразу задумался об уровне и качестве своего образования. Ну нет чтобы какую-нибудь пьесу Гольдони вспомнить, дубина...

P.S. "Я люблю фильмы Тинто Брасса, - заметил кот Бублик. - Там много кисок."

Вчера обедали по-быстрому: сидеть в ресторане у океана не было никакого смысла - отлив, вид некрасивый, - поэтому мы зашли в кафешку большого супермаркета, в котором затаривались бухлом йогуртами и экзотическими фруктами.

Официантка в кафешке по-английски не говорила принципиально, а мы с Долей от жары начисто забыли тайский, поэтому общение с этой девушкой было, мягко говоря, экзотичным.

Огромные проблемы вызвала у нее просьба принести три стакана газированной воды. Sparkling water ей напомнило spanking, и она затрепетала - русские уже угрожают. Water with gaz укрепило ее в этой мысли - ща как взорвут газовый балллон, всему магазину - кранты. Доля с отчаяния прокричал: "Bubbles, bubbles", показывая руками что-то непонятное - и официантка поняла, что перед обедом у русских принято пускать мыльные пузыри - вероятно, для аппетиту.

После десятиминутных переговоров офицантка вдруг услышала знакомое слово "glass", просветлела лицом и принесла три пустых стакана. И это хорошо, потому что на стаканах можно было намного нагляднее объяснять про трепку, взрыв газа и пускание мыльных пузырей.

Наконец официантке это надоело и она пошла за подругой, которая вроде как понимала по английски. Та действительно все поняла за какие-то пять минут, сказала, что сейчас принесет и покажет - это ли мы хотим. Вернулась с маленькой стеклянной бутылочкой газированной воды и сказала: "Soda"!

"Ептыть, сода!" - заорали мы с Долей в восторге, потому что, честное слово, двадцать минут заказывать обычную газированную воду - это уже слишком.

Но тут возникла другая проблема. Наши жены пили негазированную воду, поэтому когда мы у официантки попросили две natural water - это снова вызвало у нее психологический кризис.

На фоне заказа воды заказ блюд, которые мы выбрали для обеда, прошел неожиданно быстро - я-то рассчитывал часа на два минимум. Официантка уже ничего не переспрашивала, просто слушала нас, что-то там чирикала в блокнотике и кивала головой. Приняла заказ, ушла.

Вернулась через десять минут и притащила шесть порций мороженого с различными добавками. "Вот ваше мороженое, ребята, - сказала официантка, - а кто там с чем любит - я все равно ни фига не поняла. Выбирайте сами".

Должен приехать курьер, привезти одну штуку для обзора. Причем приедет он не домой, а позвонит от остановки - мне надо будет подойти туда. Курьер позвонил утром, сказал, что будет в течение двух часов. Прошло два часа, три - а курьера нет. Мне же надо было уезжать по делам. Ждал-ждал, ждал-ждал, потом придумал!

Пошел на кухню. Налил из кастрюли только что приготовленную домашнюю мясную соляночку. Соляночка пахла - как из пушки! С копченостями, колбаской, оливками (обязательно с косточкой) - все, как полагается!

Поставил тарелку с соляночкой на стол. Положил туда ложку рыночной сметаны, размешал. Отрезал дольку лимона - кинул в тарелку. Немного подперчил из мельнички - люблю поострее.

Отрезал кусок свежайшего черного хлеба. Чуть-чуть подрумянил в тостере. Намазал маслом - масло на горячей поверхности слегка расплылось и вгрызлось в верхний слой хлебушка, отчего тот стал невыносимо вкусным.

А солянка пахла уже так, что можно было с ума сойти.

Сел, взял в одну руку хлебушек, в другую руку ложку. Зачерпнул соляночки и... Зазвонил телефон - курьер приехал. Вот честное слово! Я знал, я знал! Старинное волшебство сработало!

P.S. Сбегал на остановку, забрал гаджет. Нет, по делам уже не поехал. Какие дела - меня дома соляночка ждет!

P.P.S. Ну, приукрасил, приукрасил. Курьер позвонил не перед первой ложкой, а после второй. Вот это совершенно честно, клянусь!

Сломался домофон - который в квартире висит, с экранчиком. Перестал вызывать и открывать. Сломался аж 30 декабря, поэтому пришли чинить только 14 января. Ну, точнее приходили еще 12-го, но там посмотрели и сказали, что Бобик сдох - мол, хозяин, иди покупай другой.

Пошел, купил. Снова вызвал. Пришел мастер. Не боись, хозяин, сказал мастер. Тут всех дел - на пятнадцать минут и шестьсот рублев. Только ты, хозяин, липестричество-то здесь выруби, а то оно ка-а-а-а эбонет - мало не покажется. Ну, вырубил. Домофон висел на одном автомате вместе с розетками кабинета. То есть я остался без компьютера и Интернета. Зато выяснил, сколько времени бесперебойник протащит NAS. Оказалось, час.

Мастер своего дела возился часа четыре. Уж больно, сказал мастер, у тебя, хозяин, домофон нестандартный, нах.

Я-то купил точно такой же, как и был, но, может, действительно нестандартный.

Через четыре часа довольный мастер сказал, нах, что, хозяин, принимай работу, нах. Принял. При звонке снизу домофон врубает неподключенную камеру. То есть изображения нет. Но зато можно кнопкой открыть дверь. А если переключить на изображение, тогда нет звука и нельзя открыть дверь. Но это, нах, не проблема, сказал мастер. Он же может еще раз позвонить. Один раз позвонил - ты на него, нах, посмотрел. Второй раз позвонил - открыл, нах.

Я, разумеется, объяснил, на какой нах он может пойти с такой работой. А я-то что, удивился мастер. Я, нах, монтажник. Проводочки соединить и все такое. Я, нах, сказал мастер, все соединил как надо, можешь проверить - и сунул мне под нос клубок проводов.

На вопрос, почему домофон не работает как положено, мастер объяснил, что куй его, нах, знает. Он же монтажник. Видимо, нах, дело в настройках домофона, хозяин. Да ты сам разберешься, что там не так, обнадежил мастер.

На вопрос, почему он сам не разберется в настройках, чтобы домофон работал нормально, мастер, обидевшись, ответил, что он - ни фига не настройщик. Он - монтажник. Проводочки соединить и все такое. А все, нах, соеденено правильно. А почему, нах, не работает - фуй его знает, нах.

Я объяснил, что шестьсот, нах, рублей за такую работу платить не буду. Мне надо, объяснил я, чтобы домофон работал как домофон. А не как фуй знает что, ну то есть как сейчас.

Мастер загрустил. Проводочки соединены, а клиент денег не плОтит. Тут мастеру пришла в голову мысль. Серега сможет настроить, нах, сказал мастер. Серега - он настройщик. Давай деньги, а завтра приедет Серега, нах, все настроит, тля буду.

Однако я был непреклонен. Сначала Серега, потом деньги, твердо заявил я, понимая, что если расстаться с деньгами, я так и останусь с кривым домофоном.

Мастер совсем помрачнел, собрался и обиженно ушел. Через полчаса вернулся с Серегой. Тот оказался молодым парнем, который буквально за пять минут разобрался с проблемой: монтажник где-то неправильно соединил проводочки.

Теперь домофон работает как надо, нах. Какое счастье!

Upd: Тут у народа начали возникать вопросы по поводу того, откуда я взял данного монтажника - не на помойке ли его нашел. Объясняю. Домофоны в нашем доме обслуживает одна-единственная организация. Которой я ежемесячно плачу деньги - уже лет пять. Монтажника прислала эта организация.

Купил ребенку очередную машинку из "Тачек 2". Ребенок радуется, как... как дитя.

Говорю жене:

- Только в детстве можно так искренне радоваться какой-то машинке за двадцать баксов.

- Точно, - отвечает жена. - Ты в последний раз так радовался неделю назад - водонепроницаемому чехлу для айпэда за двадцать баксов.

Теги
Сортировать по алфавиту или записям