Дневник тещи Анжелики Пантелеймоновны: день рождения Светки

27.05.1999 1145

Дневник тещи Анжелики Пантелеймоновны: день рождения Светки

17 апреля: Ну и денек получился. Рассказываю все по порядку. У Светки сегодня – день рождения. Я-то – как сначала планировала его отметить? Думала, сделаю салатик, винегретик, курочку поджарю, сядем спокойно, по домашнему, мы с Петюнчиком водочки треснем, Светка – шампанского бокал (отец ей с 14 лет разрешил выпивать немножко, чтобы готовиться ко взрослой жизни), потом споем какой-нибудь камыш-мороз и спать отправимся. Чего еще, спрашивается, надо? Так эта принцесса заявила, что она уже совсем большая и требует разрешения пригласить ребят из класса. Я, конечно, в штыки, мол, знаю я этих ребят из класса: придут, грязи натащат, посуды чистой изведут – уйму, а еще, не дай Бог, на Барсика наступят. Но Светка поручилась, что народ придет – очень приличный, за Барсиком она будет следить сама и еще обязательно поможет мне приготовить салаты и вымыть посуду. Ну, думаю, ладно. Почему бы и не пойти навстречу ребенку, тем более, если за Барсиком она проследит.

Но еще с утра стало понятно, что всем этим обещаниям – грош цена. С салатами пролетела птичка Обломинго, потому что принцессе, видите ли, надо было платье себе подготовить и тонну цемента на лицо наложить для красоты. Мне не то обидно, что с салатами не помогла, а вот смотреть, как она свою молодую красоту уродует – не могу без волнения. Стою я на кухне, крошу салаты и прям слышу – как Светка слой за слоем себя штукатурит. Не выдержала я, зашла к ней в комнату и говорю искательным голосом:

- Свет! Ты Барсика не видала?

- Дался тебе этот Барсик, - отвечает Светка. – Зачем он тебе? В салат покрошить?

- Ты матери не дерзи! – говорю я. – Лучше скажи – зачем тебе эти тонны замазки? Без них что – мальчики на тебя внимания не обращают?

- Что ты понимаешь, - дерзит Светка. – Это макияж. Он создает мой собственный, неповторимый стиль.

- Какой, нафик, стиль? Глаза – как у вурдалака, щеки красным налимонены, а вокруг губ – черная полоса. Это что – в знак траура. Кто-нибудь из любимых певцов скопытился? Ты на себя в зеркало посмотри! Вылитая кикимора болотная.

- А мальчикам – нравится, - кокетливо отвечает Светка, глядя на себя в зеркало.

- В нашей семье такие мальчики не нужны, - говорю я твердо. – Эти мальчики – с дурным вкусом.

- Мама! Отстань от меня! – не выдержала Светка. – Я сама знаю – что мне делать со своим лицом.

- Ты на мать не ори, - разозлилась я. – Ты у меня пока - ребенок несмышленый. И я не могу позволить тебе себя уродовать. Вот выйдешь замуж – тогда хоть в зеленую полоску красься! Пускай твой муж сам решает – жена ему нужна или крокодила нильская!

- И выйду замуж, - раздухарилась Светка. – Может хоть тогда меня в покое оставят!

- Щас! – говорю. – Размечталась. Ты еще сто раз будешь вспоминать о спокойной жизни у матери под крылышком. Вон, у нас с Петушком, уж на что живем – душа в душу, а я ведь тебе не рассказывала, что Петюнчик как увидел перед свадьбой, что я веки зеленым намазала, так выволок меня во двор и из садового шланга отмыл начисто. Даже краску с волос смыл, негодяй. Я тогда так плакала, даже замуж не хотела выходить. А мне мама сказала, что мужа надо во всем слушаться.

- Сейчас, мама, не те времена, - заявляет Светка. – Нынче век эмансипации и сплошного феминизма. Вон, в Америке, если муж запрещает жене пользоваться макияжем, она на него спокойно в суд может подать.

- Тоже мне, пример привела, - отвечаю. – В твоей Америке - чего только не творится. Сам президент бесстыдно нахальничает практикантку. Наш себе такого не позволяет.

- Ладно, мам, - заявляет Светка. – Хватит мне тут политинформацию проводить, а то я платье подготовить не успею. Лучше салаты кроши.

- Ты мне не указывай, - говорю. – Знаю я твое "платье подготовить". Это превращается в "Мамочка! Погладь мне, пожалуйста, платье!".

- Кстати, - говорит Светка. – Мамочка! Погладь мне, пожалуйста, платье!

- Доченька! А ты своими ручками хоть что-нибудь делать умеешь, кроме как диски с Андрюшей Губиным на магнитофоне менять? Ты бы пожалела парня. Он себе скоро горло насквозь продерет, для тебя по сто раз на дню песни про любовь-морковь орать. А что ты замужем будешь делать? Мужу, моя милая, надо не только готовить и стирать, чего ты, кстати, тоже делать не умеешь. Ему еще надо уметь галстук погладить. Чувствую я, придется с тобой проводить курс молодого бойца. А то тебя муж после первой недели проживания домой взад вернет.

- А я и так умею гладить, - защищается Светка. – Вон, на той неделе папе его любимый галстук с попугаем выгладила.

- Ага, - говорю. – Только попугай при этом куда-то делся. Одна прожженная дырка осталась. Он улетел, что ли? Ты его, наверное, покормить забыла.

- Подумаешь, - фыркает Светка. – Ну, не получилось. И на Солнце бывают пятна.

- Пятна у меня на лице появились, - разъярилась я, - когда Петя свой любимый галстук увидел!

- Ну ладно, мам, - просит Светка. – Иди салаты крошить, а то гости скоро придут.

- Увидишь Барсика, - строго сказала я, - пришлешь его ко мне на кухню салаты дегустировать.

И пошла хозяйствовать. А чего еще делать? Мягкая я сердцем. Стою опять на кухне, настроение какое-то паршивое. И за окном – минус и снега. Апрель, называется. Еще за Петушка немного волнуюсь. Он в гараж с утра пошел, и это по такой погоде. Впрочем, чего волноваться? Что еще мужикам в гараже делать, как не выпивать? Так что не замерзнет. У нас с ним тоже утром чуть скандал не случился. Я его попросила не слишком в гараже нарезываться, так как к Светке гости должны прийти. А Петя так возмутился, стал орать, дескать, когда это он нарезывался в гараже? Я ему сдуру и брякнула, что всегда и нарезывается. Короче, обиделся Петр Степанович, пошел в гараж и так дверью хлопнул, что Барсик с пианины прямо в ведро с грязной водой спланировал во сне. Его потом стирать пришлось, чтобы перед гостями стыдно не было.

[окончание следует]

© 1998–2019 Alex Exler
27.05.1999

Комментарии 0