Дневник тещи: поездка на юг (продолжение X)

14.09.2000 1445

[начало "Поездки на юг"]

Вторая проблема, которая сразу встала перед нами, - это общение с местными хозяйками. У меня сложилось такое впечатление, что у них всех или разом поехала крыша, или тетки нюхают грибочки каждый день, причем тоннами. Потому что разговаривали они с нами так, как будто мы им что-то были должны, причем по гроб жизни. Хотя, как нам казалось, это они должны были быть нам благодарны, что мы соглашались платить по 150 рублей за ржавую койку, стоящую в деревянном ящике (это даже сараем нельзя было назвать), сколоченном из деревянных подносов, на которых обычно продают виноград.

Более-менее стандартный диалог выглядел так:>

- Ау, хозяйка, - довольно вежливо начинал кричать Петя из-за ограды. - Коечки не найдется.

В ответ, как правило, раздавалось молчание. Причем хозяйка явно виднелась во дворе дома, где она то ли переливала вино, то ли стирала… Короче говоря, спина хозяйки наличествовала. Но что спина, что сама хозяйка в ответ на Петины крики никак не выказывала ни малейшего признака заинтересованности.

- Але, - снова орал Петя, правда, уже менее вежливо и заискивающе, - я спрашиваю, здесь койки сдаются?

Никакой реакции.

- Блин, ты что - глухая, что ли? Я спрашиваю - койки сдаются? - кричал Петя изо всех сил.

Наконец, спина хозяйки медленно-медленно начинала превращаться в свою диалектическую противоположность - переднюю часть хозяйки, которая все так же медленно начинала ползти в сторону забора, и через некоторое время перед нами возникала хозяйка во всей красе. Как правило, это была хорошо сохранившаяся (еще бы, ведь морской воздух весьма благоприятно действует на здоровье) пожилая тетка или бабулька с очень неприятным взглядом и брезгливым выражением на лице.

- Ты шо орешь, алкоголик? - спрашивала тетка вместо приветствия.

- Я спрашиваю, есть ли койки на сдачу? - все еще мирно объяснял Петя.

- Ну и шо ты орешь за эти койки, как резаный? - опять спрашивала тетка.

Петя, потрясенный, умолкал, потому что ответить на такой вопрос было нелегко.

- Сколько человек? - наконец, спрашивала тетка.

- Трое, - отвечал Петя. - Или двое.

- Мало, - делала гримасу тетка. - У меня в сарае семь харь всегда помещалось.

- У нас не хари, - начинал злиться Петя. - У нас лица.

- Лица? У тебя лица? - визгливо начинала орать тетка на всю улицу. - Да у тебя алкогольская харя - за версту видно!

После этих слов с Пети, разумеется, сразу слетала вся его вежливость, и он во вполне прорабских выражениях объяснял тетке все, что он думает о ней, ее сарае, крыше ее дома и шелудивой собачонке, которая бегает по двору. Тетка в ответ костерила Петю, его физиономию, его одежду, машину, меня и Светку. В ответ Петя пытался выломать из забора дрын, чтобы им хлопнуть хозяйку по башке (рукой через забор он не дотягивался), а хозяйка бежала к дому, во весь голос вызывая своего мужа, который, как она выражалась, дрыхнет, как сурок, пока его жену убивают всякие убивцы.

Кстати, пару раз муж действительно появлялся на горизонте. Оба раза он представлял собой неимоверно проалкоголенное существо, которое боевито возникало на пороге, но сразу верно оценивало Петины габариты, возвышающиеся над забором, поэтому существо с крыльца не спускалось, а только науськивало шелудивую собачонку и громко обещало позвать милицию.

После третьей подобной встречи Петя несколько приуныл. Тыкаться в более приличные места явно не имело никакого смысла, потому что нам и на койку-то еле хватало, но койковладелицы то ли были безумно избалованы огромным количеством "диких" отдыхающих, которые готовы были как угодно заискивать перед этим хамлом, лишь бы получить заветную коечку, то ли у них просто поехала крыша от бесконечного употребления той кошмарной бурды собственного изготовления, которую они гордо называли "отличное домашнее вино".

Впрочем, в четвертом месте надежда, вроде, забрезжила - нам попалась благообразная старушка с добрым лицом, которая сама стояла у забора и разглядывала улицу.

- Здрассте, - буркнул ей Петя, ни на что, впрочем, особо не надеясь. - Койки не сдаются?

- Здаются, милок, а как же! Конешно сдаются, - заскороговорила старушка, и Петя сразу же воспрял духом.

- А сколько вас народу, милок? - продолжала ворковать бабулька.

- Трое. Мы с женой и дочка, - объяснил Петя.

- Вот и отлично, вот и славно, - непонятно чему обрадовалась бабулька. - Тебя, касатик, с женой - в отдельную комнату можно поселить, а дочку в проходе определим. У меня дом большой, славный, ты не думай чего там…

- Да я и не думаю, - с оптимизмом подхватил Петя. - Нам лишь бы койки переночевать. А как с удобствами?

- Все удобно, - сказала бабулька. - Все, сынок, просто очень удобно. Кровати не ломаются, занавески занавесиваются.

- Я имею в виду, - прямо объяснил Петя, - туалет с душем.

- Туалет есть, - охотно объяснила старушка. - Все, как у людей - удобный, с сидением деревянным. Я даже лампу туда провела. Теперь ночью не страшно в него ходить. И душ есть. До него идти минут десять, не больше.

- Душ общественный, что ли? - догадался Петя.

- Конечно общественный, - даже как бы удивилась бабулька. - А какой еще?

- Значит, - сказал как бы про себя Петя, - туалет во дворе, душа нет. Но нас с женой поселите в отдельную комнату, а дочку - в проходную. В общем, годится. И сколько это будет стоить?

- В прошлом году по сто пятьдесят рублей сдавала, - похвасталась бабуля.

- А в этом сколько?

- В этом - не знаю, - призналась бабулька.

- Ну, бабуль, цену-то назови, - заторопил ее Петя. - Как я платить-то буду, если цены не знаю?

- А чего платить, за что платить? - заморгала глазами бабулька.

- Ну, я же у тебя снимаю три койки, - втолковывал ей Петя, поняв, что у бабки уже пошли проявления старческого маразма. - Значит должен за них заплатить. Сколько за каждую койку в день? По сто пятьдесят?

- Милок, - сказала бабулька, - в этом году я ничего не сдаю. Колька ко мне приехал с женой и сыном-паршивцем. Два месяца уже живут и все никак не уедут.

Петя на мгновение даже онемел.

- Подожди, - сказал он. - Так ты не можешь нам койки сдать?

- Да как я тебе сдам-то, - искренне удивилась бабка, - когда там Колька живет?

- Так чего ты мне мозги-то уже полчаса морочишь? - заорал Петя.

- Сынок, ты чего кричишь-то? - испугалась бабулька. - Я же просто спросила. Вот если бы ты в прошлом году приехал, тогда селился бы как миленький. А сейчас я же не виновата, что Колька приехал. Он, может, уедет через месяц-другой. Хотя вряд ли. Его с работы выгнали, и он здесь сейчас на рынке торгует.

Ну и что оставалось делать? Петя в сердцах плюнул, и мы отправились дальше. К счастью, примерно в десятом месте забрезжила удача. Там хозяйкой оказалась тетка довольно неприятного вида, но она хамить не стала, а только поинтересовалась - сколько народу селится, в результате чего мы сняли две койки по сто пятьдесят рублей в одной из комнат ее дома, а для Светки во дворе было позволено раскинуть палатку (причем за нашу палатку эта грымза потребовала пятьдесят рублей в день… как она выразилась - "за аренду участка").

Конечно, и этот вариант был не подарком, но хоть крышу над головой нашли, а чего еще надо на юге?

[продолжение]

(полный "Дневник тещи Анжелики Пантелеймоновны")

© 1998–2019 Alex Exler
14.09.2000

Комментарии 0