Последнее время автоинспекторы cтали изъясняться дензнаками... (c) Антон Благовещенский

23.03.1999 1016   Комментарии (0)
Последнее время автоинспекторы
cтали изъясняться дензнаками...
(c) Антон Благовещенский

День ГАИшника

Ура! Свершилось! В нашей семье теперь появился новый праздник. Это 21-е марта, которое отныне называется "День ГАИшника". Думаете, я с ума сошел? Мол, у них и так каждый день - праздник, у кровососущих наших автоинспекторов с большой дороги. Куда уж больше! Но я с ума, пока еще, не сошел. Рассказываю все по порядку.
Вчерашний день, часу в шестом, зашел я... Тьфу, какие-то стихи в голову лезут. Короче говоря, часу в седьмом повез я жену в аэропорт Домодедово. Ехать далеко, на другой конец столицы нашей, в том числе и родины. Надо сказать, что я вожу машину очень аккуратно и дисциплинированно, поэтому при виде знака "Ограничение до 40 км/час" всегда понижаю скорость до 100 км/час. Итак, несусь я по кольцевой дороге. Машин почти нет, ветер свистит в ушах у "форда", словом, красота. Краем глаза замечаю видеокамеру, которыми на нашу беду снабдили гаишников уже почти по всей Москве. Немедленно уменьшаю скорость проследования транспортного средства со 180 км/ч до разрешенных 100 км/час, вскорости вижу гаишный пост и сбрасываю скорость до совсем уж каких-то невероятных 60 км/час. Вдруг вижу: со страшной скоростью несется с другой стороны шоссе толстый гаишник, закутанный в свой тулуп. Бежит, бедолага, с явным намерением перехватить мой несчастный "фордик" и предъявить какие-то жуткие обвинения, а может быть просто с целью полюбоваться на мою фотографию в водительском удостоверении (которое у меня, как ни странно, сейчас есть, хотя я года два катался будучи совсем даже неудостоверенным). Гаишник уже на моей стороне и машет своей палкой, показывая, чтобы я проехал его стройную фигуру и остановился позади. Но я полон уважения к нашей славной автономной инспекции, поэтому лихо сворачиваю к обочине и торможу прямо перед ним, профессионально остановившись в 5 сантиметрах от гаишных валенок. Выхожу из машины. Бравый офицер стоит с непроницаемо-синим выражением лица и, по-моему, уже немножечко умер. Я начинаю диалог:
- Але! Офицер! По женевской конвенции вы обязаны представиться, сообщить вашу фамилию и звание, а то я под вашим тулупом не могу разглядеть - кто вы: генерал-майор, или простой сержант!
У гаишника немного оттаивает лицо, он несколько раз открывает рот, откуда выплывают все последствия сегодняшней торжественной встречи четырех часов утра на посту ГАИ, после чего сиплым голосом изрекает:
- Ты чо, [вырезано цензурой], прям перед мной становился. Я же махал, штоп ты за меня проехал. Во, блин, водитель пошел. Не понимает, [вырезано цензурой], чаво ему машут. У меня от тебя - во, [вырезано цензурой], аж давление подскочило!
Я интересуюсь:
- А какое давление? Артериальное или внутричерепное (это я, конечно, шучу; откуда у линейного гаишника внутричерепное давление?)? А, может, просто подскочило давление на водителей?
Гаишник задумывается. Потом шутит:
- От вас, [вырезано цензурой], любое давление подскочит. Даже ушное!
Две вороны, случившиеся в пролете неподалеку, получают немедленный инфаркт миокарда, так как попадают под струю хриплого и жизнерадостного смеха гаишника, которым он наградил сам себя за столь прелестный образец линейного юмора.
Я вежливо улыбаюсь правой нижней половиной лица, выражаю уверенность, что этот инцидент не повлияет на взаимоотношения между нашими великими народами, сажусь в машину и намереваюсь уезжать. Гаишник внезапно отвлекается от своего неимоверного юмора и непонятно какого давления, наливается красным цветом и четко направляется ко мне.
- Водитель! Вы превысили скорость!
- Не может быть!
- Может! Приборы зафиксировали!
- Зафиксировали или запеленговали?
- Зафиксировали. Не надо мне здесь это тут вот умничать. Платите штраф.
Еще чего. Штраф платить. Я честно видел эту камеру и сбросил скорость до вполне приемлемых даже для среднестатистического гаишника величин. Все это я излагаю гайцу с повышенным давлением, тот немного думает, потом изрекает:
- Вы не снизили скорость при приближении к участку дислокации ГАИ. Вы видели знаки, которые расположены при приближении к участку дислокации ГАИ?
- Видел. Красивые знаки.
- Вы их не соблюли!
- Соблюл.
- Не соблюли.
- Еще как соблюл. Я их соблюдал раз пять или шесть при приближении к участку декларирования ГАИ.
Гаишник озверел и заявил, чтобы я отправлялся на пост разбираться со своими нарушениями. Раз уж я такое тупой и идиотский водитель, который не понимает собственной выгоды. Что тебе стоило, заявил гаишник, дать мне хоть сколько-нибудь денежек! А теперь я попаду в лапы крутых гаишников на посту, которые с меня снимут все, что только можно. Я сказал, что топчись они конем, крутые гаишники, и что – где наша не пропала! Да практически везде пропадала! И с этими словами отправился на пост, навстречу своей судьбе.
В помещении поста было уютно и тепло. Там находились четыре гаишных офицера, которые были заняты обсуждением - кто из них повезет в отделение двух пойманных с поличным молодых контрабандисток с Украины. Речь шла, как я понял, о том, что те два счастливчика, которые повезут доставлять нарушительниц в отделение, имеют все шансы получить по дороге некоторую взятку уже совсем не контрабандой. А после этого они могут сделать вид, что нарушительницы скрылись, и вернуться усталыми, но довольными обратно на пост. Во время беседы по рации несколько раз передавали о введении плана “Перехват” и сообщали приметы угнанных машин. Я от скуки насчитал две или три машины, проезжавшие мимо поста, которые полностью отвечали приметам розыска, а гаишники все спорили. Наконец, мне надоело ждать, и я потребовал объяснений.
- Нарушили скорость, товарищ водитель! – громко произнес один гаишник и посмотрел на меня с некоторым вызовом.
- Ничего не нарушил, товарищ капитан! - сказал я. – Можете проверить. Вся скорость на месте.
Капитан некоторое время молча смотрел на меня, потом уже тише сказал:
- Вы ехали по кольцу со скоростью 178 километров, а разрешается только 100 километров.
- Товарищ капитан, - заканючил я, - какие 178 километров? Я от дома-то всего на 40 километров отъехал, не больше.
- Товарищ водитель, - разъярился гаишник, - вы сильно превысили скорость. Это большое нарушение.
- А что мне за это будет, - заинтересовался я, - выведут за сортир и расстреляют?
- За сортир не выведем, а материально будем наказывать! - твердо ответил гаишник.
- А откуда, собственно, известно, что я превысил скорость? – обнаглел я. – Это вам линейный сказал? Так он пьян – в дым, и у него внутричерепное давление уже превысило все мыслимые и немыслимые пределы так, что скоро глаза выскочат. Чего он такими глазами может определить? Вот ему всякие дикие скорости и мерещатся.
- Вы, товарищ водитель, нам мозги не дурите. Вы себе других поищите, дурить мозги. У нас тут компьютер стоит, он вашу скорость и зафиксировал.
Услышав про компьютер я оживился:
- О! Давайте свой компьютер, будем смотреть на мои проступки, а потом и решим – насколько мне страдать материально, тем более что денег у меня с собой почти совсем нет.
Гаишники торжественно подвели меня к монитору, на котором периодически фиксировались автомобили и демонстрировалась с трудом развиваемая ими скорость. На экране гордо красовалась “Ока” и горела надпись 47 км/ч.
- Мужики, - сказал я, - так не пойдет. Еще пять минут назад у меня была другая машина, которая даже 60 км/ч никогда не ездила. Я, может, и нарушил, но оскорблять свой “форд” не позволю. Ищите мои 178 км/ч, иначе я за себя не отвечаю.
Гаишник закряхтел и стал нажимать пимпочки на мониторе. Через десяток кадров на экране возник бок какого-то автомобиля, а внизу действительно горела надпись 178 км/ч.
- Вот ваша машина, - с гордостью заявил гаишник. – Платите штраф.
- Где моя машина? – спросил я. – Автомобиль нельзя идентифицировать по двери, крылу и кусочку зеркала бокового вида. Уж если вы мне не можете продемонстрировать мою фотографию за ветровым стеклом, как это делается во всех цивилизованных странах, покажите хотя бы номер машины. А так – я не играю.
Гаишник загрустил, поняв, что хваленый аппарат сработал неточно, а я без боя не сдамся, и сделал слабую попытку взять инициативу в свои руки:
- Давайте проведем экспертизу. Вон у вас там на крыле что-то написано. Пойдемте – сличим.
- Товарищ капитан! У 40 процентов машин в Москве на крыле написано слово “уй”, так что это для меня не показатель. Но поскольку я тороплюсь в аэропорт и не верю, что представители государства могут занижать скорость мой машины, я готов понести заслуженное наказание и предлагаю в качестве штрафа все русские деньги, которые у меня есть в кошельке!
С этими словами я раскрыл портмоне и продемонстрировал последние 15 рублей, которые там лежали.
Гаишники совсем загрустили и один сказал:
- Тогда придется у вас изымать права.
- Изымайте, - легко согласился я. - Мне там фотография совсем не нравится.
- Ну, - сказал капитан, - поскольку вы почти и не спорили, мы готовы взять 15 рублей с условием, что вы больше не будете нарушать.
Я с готовностью подтвердил, что никогда больше не буду нарушать то, что нарушить не в состоянии, отдал деньги и отправился в аэропорт.

[продолжение исследуется]

© 1998–2020 Alex Exler
23.03.1999

Комментарии 0