Записки кота Шашлыка (6-й выпуск: окончание)

03.03.2000 1365   Комментарии (0)

Записки кота Шашлыка (6-й выпуск: окончание)

[начало]

Мышей на участке почти не было. Только один раз вдали что-то промелькнуло, но то ли это была мышка, то ли тень от самолета - я так и не понял. Короче говоря, погулял я там, погулял, чувствую, жрать хочу - просто сил никаких нет. Поднялся на крыльца и стал мявчить у дверей. Ноль внимания. Спел им "Песню голодного кота". Опять никакой реакции. Провыл "последнее кошачье предупреждение". Дверь по-прежнему закрыта. Понял, я, что не хотят меня сегодня кормить, забился под лавку, стоящую на крыльце, и загрустил. Но через пять минут - представляете? - открывается дверь, на крыльцо ставится коробка с этим мышонком и дверь закрывается. Я даже мяукнуть не успел.

И как, спрашивается, это понимать? Что я могу пообедать мышонком? Вот поди их пойми. Хоть бы какой намек сделали. Но природа, как говорится, берет свое. Жрать-то хочется. Такое ощущение, что живот уже к спине прилип. Подхожу к коробке, смотрю - лежит там эта мышь. И ничего у нее, между прочим, не сломано. Просто лапа ленточкой перевязана. Я же когти-то не выпускал, чтобы не ободрать их на полу, если промахнусь от андрюшиного пинка. Просто прижал ее лапами, так что никакие внутренние органы ей не повредил.

Мышь, как меня увидела, так сразу начала нарезать круги по коробке и противно-противно запищала. Не выношу этот звук! Кстати, не все знают, что коты, на самом деле, не так уж любят мышей в гастрономическом плане. Они просто звук этот кошмарный не выносят. Я его тоже долго выносить не мог, поэтому лапой свернул коробку набок, чтобы мышь оттуда выскочила, и мне было удобно ее придушить. Мышь, между тем, когда коробка перевернулась, резко оттуда выскочила и помчалась вниз по лестнице. Я за ней, но сходу налетел на ведро, и мы с ним покатились вниз, пересчитывая ступеньки. Эта подлая тварь, разумеется, быстро забилась куда-то под дом, а я поднялся и стал ощупывать тело на предмет повреждения ребер. Уж больно лестница была крутая, а я к каждой ступеньке приложился то ребром, то правым ухом. >

В этот момент открылась дверь и раздался уже такой надоевший за сегодня Светин голос:

- Мышка, мышка, на-на-на! Я тебе орешков принесла!

В этот момент Света увидела пустую коробку, лежащую на боку, меня, зализивающего боевые раны, и как заорет:

- Андрюша-а-а-а! Я мышонка на улицу вынесла, чтобы он свежим воздухом подышал, так Шашлычищще его сожра-а-а-а-ал! - и Света залилась горючими слезами.

На крик выскочил Андрей, посмотрел на эту картину из-за светиной спины, сделал мне одобряющий жест рукой, а потом принялся делать вид, что меня ругает:

- Ах ты Шашлык-машлык, - делано грозно сказал Андрей. - Как же тебе не ай-яй-яй! Кто тебе разрешал мышку кусь-кусь? А ну, говори!

- Андрей, - чуть не рыдала Света, - вон у него изо рта ее хвостик торчит!

Я же сидел у крыльца, еще немного одуревший от недавнего падения, и смотрел на Свету во все глаза. Ну ничего себе! Я-то думал, что у меня хоть хозяйка приличная. А она оказалась - дура-дурой! Столько переживаний и несправедливых упреков из-за какой-то чертовой мыши! Внезапно из отдушины дома показалась та самая кретинская мышь. Видать, потеряла ориентацию в таком бардаке.

- Вот она, вот, - заорала Света, как ненормальная. - Живая, здоровая! Лови ее, Андрей, лови!

- Знаешь, Светик, - ласково сказал ей Андрей. - Меня возня вокруг этой дебильной мыши забодала уже - просто сил никаких нет. Тебе она нужна - ты ее и лови. А я больше к этой твари не притронусь. И Шашлыку запрещу. И между прочим, должен тебе напомнить, что нам уже скоро уезжать, а что я, что Шашлык - оба голодные, как два студента первого курса. Так что или ты дашь нам пожрать, или мы отправимся побираться по деревне, чтобы тебе было стыдно.

Света подумала и спросила, заливаясь слезами:

- А мышке правда здесь будет хорошо одной? Может ее все-таки поймать и с собой в город увезти?

Андрей посмотрел на нее внимательно и мрачно произнес:

- Боюсь, что я теперь мультфильм "Том и Джерри" до конца жизни смотреть не смогу, - с этими словами он пошел в дом и со злостью хлопнул дверью.

Света же стояла на крыльце, заливаясь слезами, но мышь быстро юркнула обратно под дом и больше не показывалась, поэтому девчонка через какое-то время успокоилась. Я же продолжал вылизывать пострадавшие бока и смотрел на нее с немым осуждением.

- Шашлычок, - сказала Света. - Ты прости, что я на тебя несправедливо накричала.

Я мотнул головой, мол, чего уж там; у вас вся семейка идиотская, и меня постоянно совершенно несправедливо обижают и наказывают, так что я уже привык. Света сбежала вниз по крыльцу, схватила меня в охапку и давай целовать, приговаривая:

- Шашлычок, один ты у меня остался. Один. Мышка убежала, неблагодарная.

Я же орал и отбивался, потому что после спуска вниз по лестнице всеми ребрами мне вот как раз этих тисканий не хватало. Внезапно снова раскрылась дверь дома, оттуда выглянул Андрей и заявил:

- Намекаю в последний раз. Если меня сейчас не покормят обедом, я начинаю бракоразводный процесс, - и захлопнул дверь.

Света сказала:

- Ну что, котик, пойдем кормить этого троглодита?

На что я коротко мявкнул, мол, троглодита - само собой, но и меня покормить давно уже пора. Света занесла меня в дом и стала быстро доготавливать обед. За столом сидел мрачный Андрей, в руках которого была вилка и здоровенный нож. На столе сидел я, в лапах которого ничего не было, но в глазах светилось неимоверное желание сожрать слона небольшого размера или весь черкизовский мясоперерабатывающий комбинат.

- Андрюша, - ласково спросила Света. - Ты чего будешь: картошку или макароны?

- Макароны, - мрачно ответил Андрей. - С картошкой. Только побыстрее и побольше.

- Хорошо, милый, - сказала Света, продолжая кашеварить.

Я же не выдержал, соскочил со стола и начал ходить вокруг Светы, периодически с ненавистью потираясь об ее ноги. Принципы - принципами, но жрать-то хочется. Расчет, кстати, оказался правильным, потому что мне за время готовки перепало несколько кусочков колбасы. Так что я, как говорится, червячка заморил, хотя там явно была целая анаконда. Андрей, между тем, успел сжевать полбуханки черного хлеба.

Наконец, обед был готов, Света накрыла на стол и все стали есть с такой страстью, как будто не кушали уже с неделю. Даже Света интеллигентно взяла руками целую половинку курицы и вгрызалась в нее, как студент в яблоко.

- Слышь, Свет, - прочавкал Андрей, к которому постепенно возвращалось хорошее настроение. - Так ты мне что приготовила?

- Как это что? - прочавкала в ответ Света. - Гречневую кашу с сосисками. Ты что, сам не видишь?

- А зачем тогда спрашивала - что я буду: макароны или картошку?

- Ну, - задумалась Света, - мне было интересно. Но у нас здесь нет ни макарон, ни картошки.

- Понял, - потрясенно сказал Андрей, после чего, как было видно, он решил больше не задавать глупых вопросов.

Я же сожрал свое размороженное филе хека и две сосиски, закусив все это дело упаковкой сметаны, после чего направился в сторону дивана, но не дошел, потому что от сытости подломились ноги, и я тяжело упал прям посреди кухни.

- Хорошо быть кошкой, - с завистью сказал Андрей, который наелся и пришел в крайне благодушное настроение. - Вот так идешь-идешь, а потом взял - упал. У нас так не принято. Сплошные ограничения.

- Да ты можешь падать здесь, где хочешь, - сказала Света. - Только я тебе не советую. В некоторых местах может пол провалиться.

- Кстати, - оживился Андрей. - Как тебе наше родовое поместье? Ведь если немного прибраться, то будет весьма милое гнездышко!

Света задумалась, критически оглядываясь вокруг. Наконец, сказала:

- Тебе, милый, как ответить? Честно или по существу?

- Честно, - ответил Андрей. - Честно и по существу.

- Я думаю, - сказала Света, - что лучше это дело облить бензином и поджечь. А на освободившемся месте построить нормальный дачный домик. Потому что это старье ремонтировать - смысла никакого нет.

- Вот так? - возмутился Андрей. - Ты вот так можешь говорить о моем отчем доме?

- Каком отчем доме? - в свою очередь возмутилась Света. - Ты же сам говорил, что родители купили эту халабуду, когда ты был в первом классе. И жил ты здесь только летом.

- Ну да, - ответил Андрей. - Но это не значит, что ты можешь издеваться над домом, где прошло мое детство!

С этими словами он резко встал и направился было к дивану, но в пылу спора забыл об одной существенной детали: на полу кухни вольготно лежал я, пытаясь переварить шмат хека. И парень сослепу наступил мне прямо на хвост. Я, разумеется, взвыл так, что Рыжий на другом конце деревни опасливо прижал уши, и изо всей силы вцепился когтями Андрею в ногу, которую тот с испугу никак не догадывался убрать с моего несчастного хвоста. Разумеется, Андрей тоже заорал, как пароходная сирена, Света с испугу уронила стопку тарелок, которые она собиралась нести мыть, словом, грохота в этом доме хватило бы еще на две-три небольших семьи. Вдобавок ко всему, Андрей почему-то решил меня наказать за свою пострадавшую ногу, попытался было схватить меня за шкирку, но я вовсе не собирался сейчас делать вид, что поддаюсь его "воспитанию", поэтому располосовал заодно парню руку и убежал прятаться под диван.

Следующий час прошел в стенаниях Андрея, который валялся на диване, жалел себя и проклинал меня. Почему меня, хотя он сам виноват, - не знала даже Света. Но в поступках людей часто не бывает вообще никакой логики. Наконец, Света ему прижгла перекисью все царапины, перебинтовала особо - как сказал Андрей - кровавые раны, и мы стали потихоньку собираться домой.

Как обратно ехали - даже рассказывать не могу. Андрей настолько был увлечен своими "боевыми" ранениями, что думать забыл обо мне и об опасности которую для него представляет кот в машине. Он всю дорогу орал, что не может пользоваться правой рукой и правой ногой, так как они исполосованы этим тигром (то есть мною), которого он легкомысленно пригрел у себя на груди. Поэтому в задачу Светы входило нажимать левой ногой на педаль газа, а также переключать передачи. Так что вы можете представить, как мы ехали. Впрочем, разрушения, которые мы принесли окружающим по дороге домой, были минимальны. Один раз легонько сшибли бабку, которая торговала у дороги. Она было подняла крик, но Света купила у нее целое ведро червивых яблок, так что бабка быстро успокоилась и даже помогала выталкивать машину из канавы. Проломили два забора, но поблизости хозяев не было, так что это удовольствие нам ничего не стоило. Четыре раза нас останавливали гаишники, глядя на те кунштюки, которые "копейка" выделывала на дороге, но поглядев на то, как Андрей со Светой вдвоем управляют машиной, немедленно нас отпускали, а двое даже перекрестили машину на дорожку.

Так что домой приехали живые и относительно здоровые. И у машины всего-то был помят передний бампер, разбита одна фара (Андрей сказал, что наплевать, потому что она все равно не горела) и снесено боковое зеркало. Поднялись в квартиру, Андрей достал из холодильника пиво и стал понемногу приходить в себя. К десятой банке он меня простил и даже почесал мне шейку. Я сделал вид, что в восторге и немного побурчал внутренним моторчиком.

Но весь вечер меня грызла мысль, что я что-то забыл сделать... И никак не мог вспомнить, что именно. И только укладываясь спать, сообразил: я же ему на приборную доску так и не накакал! Ну ничего. Это дело поправимое.

[полные "Записки кота Шашлыка"]

© 1998–2020 Alex Exler
03.03.2000

Комментарии 0