Дневник тещи: поход в театр (продолжение)

01.02.2000 2061   Комментарии (0)

Дневник тещи: поход в театр (продолжение)

[начало]

Петя в галстукеСборы в театр начались часа за полтора до намеченного выхода. Основная борьба развернулась на линии "я - Петя". Он ни в какую не соглашался надеть галстук, собираясь отправиться в театр в том же самом свитере, в котором ходит в гараж. Обычно я его слушаюсь и не спорю, но тут твердо решила настоять на своем, потому что если уж раз в сто лет собрались пойти в театр, значит вся семья должна выглядеть так, как полагается. Так что бой шел не ради славы, а ради галстука на шее Петюнчика. >

Поначалу он категорически отвергал любые мои доводы и с гневом запихивал пиджак с галстуком обратно в шкаф, но я провела ловкий обманный маневр, заявив, что пиво в театре без галстука не отпускают. Он на меня посмотрел недоверчиво, но спорить не стал, потому что сам в театре последний раз был в третьем классе и уже не помнил ситуацию с пивом.

После блестящей победы, одержанной над Петей, пошла проведать Светку, которая уже два часа наводила марафет, сидя у себя в комнате. Зашла к ней и… я так и знала! Две тонны штукатурки на лице, глаза накрашены так, что носа на лице вообще не видно, зато снизу кроваво-красным пятном встает заря в виде губ, которые еще по новой моде обведены черным, как бы в знак траура.

- Господи! - говорю я. - Неужели с Андрюшей Губиным что-то случилось?

- Ой! - пугается Светка. - Это с чего ты так подумала?

- По траурной рамке на твоих губах, - язвительно говорю я.

- Да ну тебя, мам, - злится Светка. - Знаешь же, что сейчас такая мода.

- Знаю, - с достоинством говорю я. - Но не всегда нужно слепо следовать моде. А если завтра будет модно с голым задом ходить?

- Значит будем ходить с голым задом, - гордо заявляет Светка. - У кого, конечно, есть что показывать.

Я начинаю медленно вскипать, как всякий раз, когда у нас с ней начинается разговор о молодежной моде, но тут раздается звонок в дверь.

- Открывай, мамулик, - говорит Светка. - Твой ненаглядный Череп пришел.

- Почему это мой ненаглядный? - спрашиваю я и мухой лечу открывать, не дожидаясь ответа.

За дверью действительно стоит Череп. Вот все-таки есть еще молодежь, за которую мне никогда не бывает стыдно! Череп одет простенько и аккуратно. Чистая бандана на голове, кольцо в ухе он начистил зубной пастой и оно аж блестит, новая черная косуха с заклепками, черные кожаные штаны и ковбойские сапожки. Любо-дорого посмотреть! Хоть и байкер, но все чистое и с аккуратными заплатками там, где кожа была порвана во время мотоциклетных состязаний.

- Здравствуй, племя молодое, незнакомое! - цитирую я в знак приветствия.

Череп испугано оглядывается через плечо, ожидая, видно, обнаружить у себя за спиной какое-то непонятное племя, но затем понимает, что я кого-то цитирую, успокаивается и с широкой улыбкой отвечает:

- Здрассте, Анжелика Пантелеймоновна! Как жисть?

- Все чики-чики, - отвечаю я. - Собираю свою команду в театр. Сплошные бои по всем фронтам.

- Да я уж представляю, - сочувствует Череп, заходя в квартиру.

В этот момент в коридоре появляется неимоверно несчастный Петюнчик, который одет в кургузый костюм с галстуком (костюм был куплен лет десять назад, и Петюнчик его надевал раза три-четыре; с тех пор он прилично растолстел, но деньги на новый костюм категорически отказывался выделять, мотивируя это тем, что и старый костюм еще вполне даже ничего).

- Ой, Петр Степанович, что это с вами? - поражается Череп, который впервые видит Петю в таком цивильном виде.

- Да придумали, понимаешь, пиво в театре не отпускать без костюма, - жалуется Петя. - Вот теперь и мучаюсь, как начальник стройконторы.

- Да, уж, - сочувствует Череп. - Чего только не сделаешь ради искусства.

В этот момент в коридоре появляется Светка.

- Ну чего все столпились в коридоре? - нелюбезно приветствует она всю компанию. - Ой, - говорит она, увидев Петю в костюме. - Папа в костюме. Небось, медведь где-нибудь в лесу сдох.

Петя начинает было закипать, но я ловко сую ему бутерброд в рот, и он успокаивается.

В назначенный срок всей компанией выходим на улицу и ловим такси. Петя настолько отвлекся бутербродами, что я даже ухитрилась ему на голову надеть шляпу, которую он обычно не выносит. Наша компания выглядит очень солидно: я, намазюканная Светка, Череп в байкерском прикиде и Петя в костюме с галстуком, пальто и шляпе. Настолько солидно, что перед нами останавливается только десятое проезжающее мимо такси.

До театра доехали без приключений. Только таксист пару раз чуть не подрался сначала с Петей, который ему заявил, что таксист неправильно переключает передачи, а потом с Черепом, который долго вспоминал, какие каверзы он обычно подстраивает таксистам во время своих разъездов на мотоцикле.

Экспериментальный театр выглядел довольно… как бы сказать… экспериментально. Черная железная дверь, на которой мелом от руки было написано не по-русски "Театре". Над дверью висела дугообразная табличка, на которой красовалась надпись "Экс. Перимент им. Рабиновича-Данченко". Я приготовила билеты и ожидала за дверью увидеть обычную контролершу, но там сидел странного вида парень, который билеты прокалывал здоровенными щипцами, как заправский железнодорожный кондуктор.

Холл театра тоже выглядел весьма экспериментально. Стены были покрыты покрашенной в черный цвет дерюжкой. На них развешаны жуткого вида картины, от которых даже я загрустила, хотя и была настроена на веселый лад. Но тут любой бы поехал крышей, глядя на сплошные разноцветные круги, квадраты, полосы и кляксы. Впрочем, публика в холле театра разглядывала эти картины с явным интересом и даже делилась впечатлениями друг с другом.

Кстати, в костюме с галстуком был один Петя. Остальная публика была одета довольно однотипно: мужчины почти все были в цветастых свитерах, с бородами и непрерывно курили трубки; женщины были вообще какого-то странного вида - разноцветные тряпки, волосы, выкрашенные в самые немыслимые цвета. Так что я там смотрелась, как одинокая учительница на школьном балу. Светка же была в полном восторге и сказала, что давно не видела такого авангарда.

Петя внимательно изучил картину, на которой были все те же разноцветные пятна и кляксы, прочитал табличку, гласившую, что это "Портрет художника Петренко сквозь призму экзистенциального восприятия" и заявил, что его мучают дурные предчувствия.

Один Череп предчувствиями не мучился, а просто куда-то сбежал, затем появился и сказал, что обнаружил буфет с пивом. Петя немедленно направился вместе с Черепом в буфет, чтобы, как он сказал, снять пивом нехорошее послевкусие от картин, а мы со Светкой стали искать программу спектакля. Как ни странно, программка нашлась. Правда ее продавала не традиционная бабулька, а жуткого вида девушка, у которой на щеке была нарисована розочка. Светка мне шепнула, что тоже хочет себе нарисовать такую же, на что я ответила, что добиться моей скорой смерти можно более эффективными способами. Покупка программки, кстати, не помогла разобраться в том, что нас ждет, потому что единственным знакомым словом в ней был термин "экзистенциализм", который я видела во многих подписях к этим странным картинкам.

Внезапно раздался жуткий удар в гонг, от которого я уронила программку вместе с сумочкой на пол, где на них тут же наступил один из этих странных мужиков, который бродил по холлу, не обращая ни на кого внимания. Оказалось, что это они таким образом приглашают в зал. Вот экспериментаторы чертовы! Меня чуть удар не хватил.

Мы со Светкой побежали в буфет, чтобы забрать сдружившуюся парочку - Черепа с Петюнчиком. Оказалось, что эти деятели уже нашли свое простое мужское счастье, потому что сидели за столом, на котором красовалось уже восемь пустых бутылок, и о чем-то ожесточенно спорили. При этом на Петюнчике была надета черепова бандана, а на Черепе болтался петин цветастый галстук. На наши призывы отправиться в зал они дружно заявили, чтобы мы шли сами, а они к нам присоединятся где-то через акт-другой, но я решительно подавила бунт на корабле, и в зал мы отправились все вместе, не обращая внимание на горестные протесты наших мужчин.

[Дневник Тещи")

© 1998–2020 Alex Exler
01.02.2000

Комментарии 0